Позвольте мне тоже дополнить этот вопрос цытатами святых..)
Наташа, ты просто описала состояние каждого человека)))Чему тут удивляться?..всё это абсолютно в каждом присутствует.
...Я как-раз читаю и перечитываю Игнатия Брянчанинова..
Очень много для себя ценного взяла из Аскетических опытов "Отношение христианина к страстям его".
Приведу некоторые цытаты и очень советую прочесть всё полностью всем, кто ещё удивляется проявлению в себе каких-то страстей..
Код: Выделить всё
http://www.pravbeseda.ru/library/index.php?page=book&id=822
.....Некоторый великий подвижник сказал: “
должно терпеть свои недостатки точно также, как терпим недостатки других, и
снисходить душе своей в ее немощах и несовершенствах. Вместе с этим не должно предаваться нерадению: должно заботиться усердно о исправлении и усовершенствовании себя .
“Не возмущайся, не приходи в недоумение, сказал некоторый святой Отец, когда увидишь в себе действие какой либо страсти. Когда восстанет страсть, подвизайся против нее, старайся обуздать и искоренить ее смирением и молитвою [2].
Смущение и недоумение, при открывшемся действии страсти, служит доказательством, что человек не познал самого себя .
Каждое сопротивление, оказанное требованию страсти, ослабляет её; постоянное сопротивление низлагает её. Каждое увлечение отрастаю усиливает её, постоянное увлечение страстью порабощает страсти увлекающегося ею.
Смерть, одна смерть вполне освобождает даже святых Божиих от влияния на них греха. Бесстыдны страсти: могут восстать они и в лежащем на смертном одре. Даже на смертном одре невозможно прекратить бдительности над собою. Поверь бесстрастию тела твоего тогда, когда оно уляжется во гроб.
Страсти, пребывая в христианине, постоянно принуждая его быть на страже, постоянно вызывая его на борьбу, содействуют его духовному преуспеянию.
Зло, по премудрому устроению Божественного промысла, содействует благому намерением неблагим: сказал это преподобный Макарий Великий .
Один истинный христианин, постоянно внимающий себе, поучающийся в законе Господнем день и ночь, старающийся исполнять евангельские заповеди со всею тщательностью, может увидеть свои страсти.
Чем более он очищается и преуспевает: тем более страсти обнаруживаются пред ним. Наконец пред взорами ума, исцеленного Евангелием, открывается страшная пропасть падения человеческого.
Невозможно, чтоб страсти, живущие внутри человека, не обнаруживались в его помышлениях, словах и действиях. Эти обнаружения страстей, когда сопровождаются каким бы то ни было увлечением, называются и признаются падениями [15] на поприще истинного христианского подвижничества, стремящегося к совершенству. Врачуются они немедленным покаянием.
Такие падения — неотъемлемая принадлежность ветхости ветхого Адама: человеческого естества, падшего и зараженного грехом. Особливо новоначальный подвижник не может не увлекаться греховными помыслами, мечтаниями и ощущениями; он не может не согрешать греховными помыслами, мечтаниями и ощущениями; он не может не согрешать словом и самым делом. Согрешения эти врачуются немедленным покаянием.
«amicus Plato, sed magis amica est veritas». (Аристотель)